To the main page

Novellas for the Criminal Code

Analytical note

on Draft Federal Law on Amending the Crinimal Code of Russian Federation

 

Аналитическая записка

о проекте федерального закона о внесении изменений в УК РФ

 

1. Законопроект имеет следующие основные характеристики:

  • Законопроект предусматривает отмену ряда статей – о товарной контрабанде, клевете (в том числе, в отношении судей и работников юстиции), оскорблении. Взамен товарной контрабанды вводится новая статья о контрабанде, предусматривающая ответственность за ввоз определенных запрещенных товаров.
  • В качестве основного способа гуманизации УК избрано введение в значительное количество статей санкций с минимальным нижним порогом. При этом в качестве формы таких санкций предлагается новый вид наказаний – принудительные работы от двух месяцев до 5 лет. Принудительные работы вводятся в качестве основной («стандартной») санкции по подавляющему большинству статей УК.
  • Статьи главы 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» (кроме товарной контрабанды) не декриминализуются, в том числе не отменяются статьи, в которых получение дохода приравнено к причинению ущерба и в которых нарушается принцип «не дважды за одно» (например, в случае самолегализации).
  • В отношении частей первых нескольких статей главы 22 УК водится освобождение от ответственности в случае возмещения ущерба и уплаты денежного возмещения в пятикратном размере полученного дохода. Данное правило не распространяется на иные части этих статей и на преступления, совершенные группой лиц.

 

2. Комментируемые прессой положения законопроекта, дают основания  предположить, что его авторы, выполняя поручение Президента модернизировать (гуманизировать и оптимизировать) уголовный закон, но находясь под грузом традиционных представлений и прессом силовиков, оказались не готовы изменять уголовный закон по существу. В результате законопроект, основываясь на верной и требующей скорейшего осуществления идее о необходимости применения минимальных нижних порогов санкций, реализует эту идею таким образом, что это вызывает обоснованные  возражения.

В качестве формы осуществления идеи минимального нижнего порога санкций авторами законопроекта избраны принудительные работы. В отличие от так называемой «химии» советского периода, которая применялась взамен лишения свободы и не была самостоятельной санкцией, вновь вводимые принудительные работы являются самостоятельной санкцией, предлагаемой как альтернатива лишению свободы. Однако в действительности описанный законопроектом режим принудительных работ свидетельствует о том, что этот вид наказания по своему режиму будет весьма близок к лишению свободы. Вместе с тем, имеющие минимальный порог в 2 месяца санкции в виде принудительных работ предлагается ввести в статьи (части статей), которые уже сегодня имеют нижние пороги санкций в виде 2 месяцев лишения свободны. При имеющихся сроках предварительного следствия и судебного разбирательства и распространенности практики заключения под стражу это означает, что каких-либо действительно новых мер по реализации идеи минимального порога санкций законопроект не предлагает.

Таким образом, в смысле реализации идеи уменьшения нижнего порога санкций, законопроект во многом является дублированием и имитацией. Видимо, понимая это, авторы законопроекта пытаются создать иллюзию «большой реформы», предлагая 234 поправки в УК. Однако при профессиональном рассмотрении оказывается, что более двухсот из этих поправок сводятся к введению в различные статьи санкции в виде принудительных работ, что могло бы и с точки зрения юридической техники, и с точки зрения пользы для правоприменения быть заменено одной единственной статьей в Общей части, которая позволял бы применять эту санкцию в качестве замены лишению свободы, как это имело место в судебной практике применения предыдущего УК.

Наряду с этим предлагаемый вид наказания в виде принудительных работ имеет и иные недостатки. Как показывают исследования, изоляция заключенного от общества на срок более 3 лет не способствует его исправлению, задает отрицательные личностные установки и препятствует социальной адаптации. В связи с этим верхний предел санкции в виде 5 лет принудительных работ является избыточным. Кроме того, введение принудительных работ в качестве самостоятельной санкции создаст опасность резкого сокращения судами уже существующей практики назначения условных наказаний и наказаний, не связанных с лишением свободы. Введение этого вида наказаний требует времени и бюджетных затрат для создания спецучреждений, в которых осужденные будут отбывать принудительные работы. В связи с этим законопроект предусматривает вступление в силу норм о принудительных работах только 01.01.2013. Однако такая дата вступления в силу лишь подчеркивает неоднозначный характер этих изменений в уголовном законе.

В целом, как представляется, введение санкций в виде принудительных работ не достигнет  заданной цели уменьшения лиц, находящихся в местах лишения свободы, и создаст реальную опасность того, что количество «тюремного населения» в действительности увеличится, с той разницей, что одна его часть будет находится в местах лишения свободы, а другая – в местах исполнения наказаний, которые не именуясь местами лишения свободы, будут осуществлять в отношении отбывающих наказание режим, лишь немногим отличающийся от лишения свободы.

Гуманизация уголовного закона не может быть сведена к снижению порога санкций или к введению санкций, имеющих более мягкий режим, чем лишение свободы. Более того, сведение гуманизации исключительно к этому достигает обратных результатов – поскольку видимость гуманизации произошла, это становится препятствием для реальных шагов по снижению уровня карательно-репрессивного пресса, не достигающего общественно полезных целей и, одновременно, обременительного для бюджета.

Хотя мнения экспертов относительно применимости минимального порога санкций в виде принудительных работ к насильственным преступлениям и преступлениям, влекущим смерь людей, расходятся, нельзя не отметить, что законопроект в этой части уже используется определенными профессиональными кругами и политическими силами для дискредитации не только идеи гуманизации уголовного закона, но и лиц и структур, осуществляющих такую гуманизацию. До сведения широкой общественности доводится, что законопроект допускает применять наказание в виде двух месяцев принудительных работ за такие преступления как убийства, торговля людьми, использование рабского труда, педофилия, грабеж, разбой,  фальшивомонетничество, хищение ядерных материалов, торговля оружием, аварии и иные действия, повлекшие смерть людей и т.д. При этом намеренно умалчивается, что при существующей практике предварительного следствия, предлагаемые минимальные санкции в виде 2 месяцев принудительных работ ничего не меняют в сравнении с уже имеющимися в этих статьях УК минимальными санкциями в виде 2 месяцев лишения свободы. Однако в сознание электоральной общественности исподволь внедряется представление о гуманизации уголовного закона как об абсурдной и вредной идее, а также о том, что осуществление таких идей не имеет ничего общего с общественными и государственными интересами.

Введение принудительных работ  в качестве самостоятельной  санкции в  УК противоречит правилам юридической  техники, поскольку ст. 53-1  проекта предусматривает,  что суд назначает наказание в виде лишение  свободы, заменяя  его принудительными работами.

3. Не будучи готовыми к реальной гуманизации УК, авторы законопроекта предлагают полумеры, которые приводят к неверным и недопустимым решениям. Законопроект оставляет без изменений нормы УК о преступлениях в сфере экономической деятельности, которые приравнивают получение дохода к причинению ущерба. В результате действия, увеличивающие ВВП и не причиняющие реального ущерба ни государству, ни организациям, ни гражданам, продолжают рассматриваться в качестве преступных. Отказ авторов законопроекта рассмотреть и реализовать переданные в рабочую группу предложения об обоснованной и давно назревшей декриминализации нескольких статей главы 22 УК РФ (ст.ст. 171, 171.1, 172, 174.1, 176, 177, 185.1, 190-193) привел к плачевным результатам. Законопроект предлагает новеллу, согласно которой в отношении частей первых нескольких статей главы 22 УК водится освобождение от ответственности в случае возмещения ущерба и уплаты денежного возмещения в пятикратном размере полученного дохода. Эта новелла грубейшим образом нарушает такие принципы уголовного права, как равенство граждан, справедливость и гуманизм.

Данная норма означает, что нарушаются сами основы уголовного права, когда наказание лицу назначается не в зависимости от характера и тяжести совершенного им деяния и свойств личности нарушителя, а только на основании имущественного положения нарушителя. С учетом сумм ущерба (дохода), установленного соответствующими статьями главы 22 УК РФ, сумма денежного возмещения должна будет составлять от 7,5 до 30 млн. рублей, Лица, имеющие возможность уплатить такую сумму, будут нести ответственность в виде «денежного возмещения», а иные будут должны отбывать наказание, связанное с лишением или ограничением свободы.

Тем самым, авторы законопроекта вновь, как и в случае с минимальным порогом санкций, верную по своей сути идею имущественной ответственности за деяния в сфере экономической деятельности реализуют в недопустимой и подрывающей саму идею форме – вместо того, чтобы декриминализовать такие деяния или установить за них санкцию исключительно в виде штрафа, они предлагают штраф («денежное возмещение») как альтернативу лишению свободы, но исключительно для состоятельных слоев населения, создавая для них особые, не действующие для других, меры наказания, что не оставляет даже возможности утверждать, что в российском уголовном законе реализуются принципы справедливости, гуманизма и равенства граждан перед законом.

4. Законопроект не учел направлявшиеся в рабочую группу предложения, которые настоятельно необходимы для модернизации УК и исключения из него статей, нарушающих конституционные и международно признанные принципы. В частности, не включены в законопроект новеллы, устанавливающие запрет расширительного толкования уголовного закона и обязывающие используемые в УК институты, понятия и термины гражданского, налогового и других отраслей законодательства применять в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства. Осталось без внимание поддерживаемое значительным количеством экспертов требование бизнес-сообщества отменить ст. 174.1, которая нарушает принцип «не дважды за одно», поскольку использование такого имущества входит  в  объективную  сторону  предикатных преступлений, и одновременно привлечение к ответственности по статье о самолегализвации позволяет применять санкции более жесткие, чем это предусмотрено статьями о предикатных преступлениях.

5. Законопроект решил некоторые назревшие проблемы, примером чего может быть отмена статей о товарной контрабанде, клевете (в том числе, в отношении судей и работников юстиции), оскорблении. Вместе с тем, из-за половинчатости, непоследовательности или ошибочности других предлагаемых новелл законопроект может породить новые проблемы, не решив при этом старых. Законопроект требует существенной доработки, прежде всего, внесения в него изменений, связанных с запретом расширительного толкования уголовного закона и отменой и изменением ряда статей главы 22.

Принудительные работы, предлагаемые разработчиками как главная форма модернизации УК, едва ли способны изменить нынешнее избыточно репрессивное состояние уголовной политики. С бóльшим успехом и без необходимости дожидаться 2013 года уголовная политика может быть изменена путем формирования судебной практики, нацеленной на сокращение применения наказания в виде лишения свободы, что позволило бы без всякого изменения закона, оперативно и эффективно снизить необоснованно высокий уровень уголовной репрессии, одновременно уменьшив и бюджетные расходы на содержание системы исполнения наказаний.

Главная опасность предлагаемого законопроекта состоит в том, что он заявляется как серьезная «большая реформа», но таковой в действительности не является и создает лишь видимость модернизации уголовного закона, которая к тому же откладывается до 2013 года. Не достигнув цели модернизации, это создаст иллюзию того, что модернизация уголовного закона «уже осуществлена» и потому более «не требуется». Такое развитие событий может на длительное время загнать внутрь назревшие проблемы, не просто требующие незамедлительного изменения уголовной политики, но и являющиеся основным фактором, определяющим неблагоприятный инвестиционный климат в стране.

 
On the project